Жид



   Так, думал я, что средство
   Такое есть...



  Альбер



   Какое средство?



  Жид



   Так —
   Есть у меня знакомый старичок,
   Еврей, аптекарь бедный...



  Альбер



   Ростовщик
   Такой же, как и ты, иль почестнее?



  Жид



   Нет, рыцарь, Товий торг ведет иной —
   Он составляет капли... право, чудно,
   Как действуют они.



  Альбер



   А что мне в них?



  Жид



   В стакан воды подлить... трех капель будет,
   Ни вкуса в них, ни цвета не заметно;
   А человек без рези в животе,
   Без тошноты, без боли умирает.



  Альбер



   Твой старичок торгует ядом.



  Жид



   Да —
   И ядом.



  Альбер



   Что ж? взаймы на место денег
   Ты мне предложишь склянок двести яду,
   За склянку по червонцу. Так ли, что ли?



  Жид



   Смеяться вам угодно надо мною —
   Нет; я хотел... быть может, вы... я думал,
   Что уж барону время умереть.



  Альбер



   Как! отравить отца! и смел ты сыну...
   Иван! держи его. И смел ты мне!..
   Да знаешь ли, жидовская душа,
   Собака, змей! что я тебя сейчас же
   На воротах повешу.



  Жид



   Виноват!
   Простите: я шутил.



  Альбер



   Иван, веревку.



  Жид



   Я... я шутил. Я деньги вам принес.



  Альбер



   Вон, пес!



 Жид уходит.



   Вот до чего меня доводит
   Отца родного скупость! Жид мне смел
   Что предложить! Дай мне стакан вина,
   Я весь дрожу... Иван, однако ж деньги
   Мне нужны. Сбегай за жидом проклятым,
   Возьми его червонцы. Да сюда
   Мне принеси чернильницу. Я плуту
   Расписку дам. Да не вводи сюда
   Иуду этого... Иль нет, постой,
   Его червонцы будут пахнуть ядом,
   Как сребреники пращура его...
   Я спрашивал вина.



  Иван



   У нас вина —
   Ни капли нет.



  Альбер



   А то, что мне прислал
   В подарок из Испании Ремон?



  Иван



   Вечор я снес последнюю бутылку
   Больному кузнецу.



  Альбер



   Да, помню, знаю...
   Так дай воды. Проклятое житье!
   Нет, решено – пойду искать управы
   У герцога: пускай отца заставят
   Меня держать как сына, не как мышь,
   Рожденную в подполье.







 СЦЕНА II


 Подвал.
  Барон



   Как молодой повеса ждет свиданья
   С какой-нибудь развратницей лукавой
   Иль дурой, им обманутой, так я
   Весь день минуты ждал, когда сойду
   В подвал мой тайный, к верным сундукам.
   Счастливый день! могу сегодня я
   В шестой сундук (в сундук еще неполный)
   Горсть золота накопленного всыпать.
   Не много, кажется, но понемногу
   Сокровища растут. Читал я где-то,
   Что царь однажды воинам своим
   Велел снести земли по горсти в кучу,
   И гордый холм возвысился – и царь
   Мог с вышины с весельем озирать
   И дол, покрытый белыми шатрами,
   И море, где бежали корабли.
   Так я, по горсти бедной принося
   Привычну дань мою сюда в подвал,
   Вознес мой холм – и с высоты его
   Могу взирать на все, что мне подвластно.
   Что не подвластно мне? как некий демон
   Отселе править миром я могу;
   Лишь захочу – воздвигнутся чертоги;
   В великолепные мои сады
   Сбегутся нимфы резвою толпою;
   И музы дань свою мне принесут,
   И вольный гений мне поработится,
   И добродетель и бессонный труд
   Смиренно будут ждать моей награды.
   Я свистну, и ко мне послушно, робко
   Вползет окровавленное злодейство,
   И руку будет мне лизать, и в очи
   Смотреть, в них знак моей читая воли.
   Мне всё послушно, я же – ничему;
   Я выше всех желаний; я спокоен;
   Я знаю мощь мою: с меня довольно
   Сего сознанья...



 (Смотрит на свое золото.)



   Кажется, не много,
   А скольких человеческих забот,
   Обманов, слез, молений и проклятий
   Оно тяжеловесный представитель!
   Тут есть дублон старинный.... вот он. Нынче
   Вдова мне отдала его, но прежде
   С тремя детьми полдня перед окном
   Она стояла на коленях воя.
   Шел дождь, и перестал, и вновь пошел,
   Притворщица не трогалась; я мог бы
   Ее прогнать, но что-то мне шептало,
   Что мужнин долг она мне принесла
   И не захочет завтра быть в тюрьме.
   А этот? этот мне принес Тибо —
   Где было взять ему, ленивцу, плуту?
   Украл, конечно; или, может быть,
   Там на большой дороге, ночью, в роще...
   Да! если бы все слезы, кровь и пот,
   Пролитые за все, что здесь хранится,
   Из недр земных все выступили вдруг,
   То был бы вновь потоп – я захлебнулся б
   В моих подвалах верных. Но пора.



 (Хочет отпереть сундук.)



   Я каждый раз, когда хочу сундук
   Мой отпереть, впадаю в жар и трепет.
   Не страх (о нет! кого бояться мне?
   При мне мой меч: за злато отвечает
   Честной булат), но сердце мне теснит
   Какое-то неведомое чувство...
   Нас уверяют медики: есть люди,
   В убийстве находящие приятность.
   Когда я ключ в замок влагаю, то же
   Я чувствую, что чувствовать должны
   Они, вонзая в жертву нож: приятно
   И страшно вместе.



 (Отпирает сундук.)



   Вот мое блаженство!



 (Всыпает деньги.)



   Ступайте, полно вам по свету рыскать,
   Служа страстям и нуждам человека.
   Усните здесь сном силы и покоя,
   Как боги спят в глубоких небесах...
   Хочу себе сегодня пир устроить:
   Зажгу свечу пред каждым сундуком,
   И все их отопру, и стану сам
   Средь них глядеть на блещущие груды.



 (Зажигает свечи и отпирает сундуки один за другим.)



   Я царствую!.. Какой волшебный блеск!
   Послушна мне, сильна моя держава;