Правда - хорошо, а счастье лучше

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ЛИЦА:

А м о с  П а н ф и л
ы ч  Б а р а б о ш е в, купец, лет за 40, вдовый.
М а в р а  Т а р
а с о в н а, его мать, полная и еще довольно свежая старуха, лет за 60,
одевается по-старинному,
но богато, в речах и поступках важность и
строгость.
П о л и к с е н а, дочь Барабошева, молодая девушка.
Ф и л и ц
а т а, старая нянька Поликсены.
Н и к а н д р  М у х о я р о в,
приказчик Барабошева, лет 30.
Г л е б  М е р к у л ы ч, садовник.
П а
л а г е я  Г р и г о р ь е в н а  З ы б к и н а, бедная женщина,
вдова.
П л а т о н, ее сын, молодой человек.


Действие происходит в Москве.

Сад при доме Барабошевых:
прямо против зрителей - большая каменная беседка с колоннами; на площадке, перед
беседкой,
садовая мебель: скамейки с задками на чугунных ножках и круглый
столик;
по сторонам кусты и фруктовые деревья; за беседкой видна решетка
сада.


ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Входят Филицата и Зыбкина.
З ы б к и н
а. Ах, ах, ах! Что ты мне сказала! Что ты мне сказала! То-то, я смотрю, девушка
из лица изменилась, на себя не похожа.
Ф и л и ц а т а. Все от любви, сердце
ноет. И всегда так бывает, когда девушек запирают. Сидит, как в тюрьме, - выходу
нет, а ведь уж в годах, уж давно замуж пора... Так чему дивиться-то?
З ы б к
и н а. Да, да. Что ж вы ее замуж-то не отдаете? Неужели женихов нет?
Ф и л и
ц а т а. Как женихов не быть, четвертый год сватаются; и хорошие женихи были; да
бабушка у нас больно характерна. Коли не очень богат, так и слышать не хочет; а
были и с деньгами, так, вишь, развязности много, ученые речи говорит, ногами
шаркает, одет пестро; что-нибудь да не по ней. Боится, что уважения ей от такого
не будет. Ей, видишь ты, хочется зятя и богатого, и чтоб тихого, не из бойких,
чтоб он с затруднением да не про все разговаривать-то умел; потому она сама из
очень простого звания взята.
З ы б к и н а. Скоро ль ты его найдешь
такого!
Ф и л и ц а т а. И я то же говорю. Где ты нынче найдешь богатого да
неразвязного? Кто его заставит длинный сертук надеть али виски гладко примазать?
Вяжет-то человека что? Нужда. А богатый весь развязан и уж, обыкновенно, в
цветных брюках... Ничего не поделаешь.
З ы б к и н а. Уж само собой, что в
цветных; потому, Какая ж ему неволя!..
Ф и л и ц а т а. Мудрит старуха над
женихами, а внучка, между тем временем, влюбилась, да и сохнет сердцем. Кабы у
нас знакомство было да вывозили Поликсену почаще в люди, так она бы не была так
влюбчива; а из тюрьмы-то первому встречному рад: понравится и сатана лучше
ясного сокола.
З ы б к и н а. Одного я понять не могу: в этакой крепости
сидючи, за пятью замками, за семью сторожами, только и свету, что в окне, - как
тут влюбиться? Мечтай сколько хочешь, а живого-то нет ничего. Ведь чтоб
влюбиться очень-то, все-таки и видеться нужно, и поговорить хоть немножко.
Ф
и л и ц а т а. Ох, все это было, и не немножко. Разумеется, завсегда в этом мы,
няньки, виноваты, мы - баловницы-то. Да ведь как и не побаловать! Вижу, в тоске
томится - пусть, мол, поболтает с парнем для времяпровождения. А случай как не
найти? Хоть сюда в сад проведу, никому и в лоб не влетит. А вот оно что
вышло-то.
З ы б к и н а. Очень разве уж полюбила-то?
Ф и л и ц а т а. До
страсти полюбила. Сама суди: характер огневой, упорная, вся в бабушку. Вдруг ей
придет фантазия; хочу, говорит, его видеть беспременно! А в другой раз никак
нельзя, а ей вынь да положь, - вот и вертись нянька как знаешь, И день и ночь
ноги трясутся, так вот и жду, так вот и жду, что до бабушки дойдет; куда мне
тогда деваться-то? А моя ль вина, я давно твержу: "Пора, пора, что вы ее
переращиваете, куда бережете?" Так бабушка-то у нас совсем состарилась,
девичье-то положение понимать перестала. Я, говорит, живу же, ни об чем
помышления не имею. На-ка! В семьдесят-то лет! А ты свою молодость вспомни!
З
ы б к и н а. Диковинное дело, что у такого богатого, знаменитого купца дочь
засиделась.
Ф и л и ц а т а. Какой он богатый, какой знаменитый? Бабушка
характерна, а он балалайка бесструнная, - никакого толку и не жди от них.
Старуха-то богата, а у него своего ничего нет, он торгует от нее по
доверенности, - дана ему небольшая; во сколько тысяч, уж не знаю. Да и то
старуха за него каждый год приплачивает.
З ы б к и н а. Что ж им за радость в
убыток торговать?
Ф и л и ц а т а. Бабушка так рассуждает: хоть и в убыток,
все-таки ему занятие; нарушь торговлю, при чем же он останется. Да уж морщится
сама-то, видно, тяжело становится; а он, что дальше, то больше понятие терять
начинает. Приказчик есть у нас, Никандра, такой-то химик, так волком и смотрит;
путает хозяина-то еще пуще, от дела отводит, - где хозяину убыток, а ему барыш.
Слышим мы, на стороне-то так деньгами и пошвыривает, а пришел в одном
сертучишке.
З ы б к и н а. Знаю я все это, - сын мне сказывал.
Ф и л и ц а
т а. Ты за каким делом к хозяину-то пришла?
З ы б к и н а. Все об сыне. Да
занят, говорят, хозяин-то, подождать велели. Взять я сына-то хочу, да опять
беда, долг меня путает. Как поставила я его к вам на место, так хозяин мне
вперед двести рублей денег дал, - нужда была у меня крайняя. И взял хозяин-то с
меня вексель, чтоб сын заживал. Да вот горе-то мое, нигде Платоша ужиться не
может.
Ф и л и ц а т а. Отчего бы так? Кажется, он парень смирный.
З ы б к
и н а. Такой уж от рождения. Ты помнишь, когда он родился-то? В этот год дела
наши расстроились, из богатства мы пришли в бедность, муж долго содержался за
долги, а потом и помер, сколько горя-то было у меня! Вот, должно быть, на
ребенка-то и подействовало, и вышел он с повреждением в уме.
Ф и л и ц а т а.
Какого же роду повреждение у него?
З ы б к и н а. Все он, как младенец, всем
правду в глаза говорит.
Ф и л и ц а т а. В совершенный-то смысл не
входит?
З ы б к и н а. Говорит очень прямо, ну, значит, ничего себе в жизни
составить и не может. Учился он хоть на медные деньги, а хорошо, и конторскую
науку он всю понял; учителя все его любили и похвальные листы ему давали - и
теперь у меня в рамках на стенке висят. Ну, конечно, всякому мило в ребенке
откровенность видеть, а он и вырос, да такой же остался. Учатся бедные люди для
того, чтоб звание иметь да место получить; а он чему учился-то, все это за
правду принял, всему этому поверил. А по-нашему, матушка, по-купечески: учись,
как знаешь, хоть с неба звезды хватай, а живи не по книгам, а по нашему
обыкновению, как исстари заведено.
Ф и л и ц а т а. Что же ему у нас-то не
живется?
З ы б к и н а. Да нельзя, матушка. Поступил он к вам в контору
булгахтером, стал в дела вникать и видит, что хозяина обманывают; ему бы уж
молчать, а он разговаривать стал. Ну, и что же с ним сделали! Начали все над ним
смеяться, шутки да озорства делать, особенно Никандра; хозяину сказали, что он
дела не смыслит, книги путает, - оттерли его от должности и поставили шутом.
(Оглядываясь.) Какой у вас сад распрекрасный!
Ф и л и ц а т а. Сама старуха
за всем наблюдает; и сохрани бог, коли кто хоть одно яблоко тронет. А куда
бережет? Ведь не торговать ими. Ужо, к вечеру, я пойду со двора, так занесу тебе
десяточек либо два.
З ы б к и н а. Спасибо.
Ф и л и ц а т а. Надо мне
сходить по нашему-то делу; колдуна я нашла.
З ы б к и н а. Ужели
колдуна?
Ф и л и ц а т а. Колдун не колдун, а слово знает. Не поможет ли он
моей Поликсене? Все его в Москве не было, увидала я его третьего дня, как
обрадовалась!


Входит Глеб, крутя в зубах веревку из мочалы.


ЯВЛЕНИЕ
ВТОРОЕ

Филицата, 3ыбкина, Глеб.
Ф и л и ц а т а. Меркулыч, ты мешок-то
с яблоками убрал бы куда подальше; а то в кустах-то его видно. Сама пойдет да
заметит, сохрани господи!
Г л е б. Прибрано.
Ф и л и ц а т а. То-то
же.
Г л е б. А ты почем знаешь, что он с яблоками? Может, там у меня жемчуг
насыпан?
Ф и л и ц а т а. Не жемчуг, видела я.
Г л е б. Понюхала. Эко у
вас любопытство!