Ганц Кюхельгартен

     Предлагаемое   сочинение   никогда   бы   не  увидело  света,  если  бы
обстоятельства, важные для одного только автора, не побудили его к тому. Это
произведение  его  восемнадцатилетней  юности.  Не  принимаясь  судить  ни о
достоинстве,  ни  о недостатках его и предоставляя это просвещенной публике,
скажем только то, что многие из картин сей идиллии, к сожалению, не уцелели;
они,  вероятно,  связывали  более  ныне  разрозненные отрывки и дорисовывали
изображение  главного  характера.  По  крайней  мере мы гордимся тем, что по
возможности споспешествовали свету ознакомиться с созданьем юного таланта.

                                 КАРТИНА I

                        Светает. Вот проглянула деревня,
                     Дома, сады. Всё видно, всё светло.
                     Вся в золоте сияет колокольня
                     И блещет луч на стареньком заборе.
                     Пленительно оборотилось всё
                     Вниз головой, в серебряной воде:
                     Забор, и дом, и садик в ней такие ж.
                     Всё движется в серебряной воде:
                     Синеет свод, и волны облак ходят,
                     И лес живой вот только не шумит.

                        На берегу, далеко вшедшем в море,
                     Под тенью лип, стоит уютный домик
                     Паст_о_ра. В нем давно старик живет.
                     Ветшает он, и старенькая кровля
                     Посунулась; труба вся почернела;
                     И лепится давно цветистый мох
                     Уж по стенам; и окна искосились;
                     Но как-то мило в нем, и ни за что
                     Старик его б не отдал. Вот та липа,
                     Где отдыхать он любит, то ж дряхлеет.
                     Зато вкруг ней зеленые прилавки
                     Из дерну свежего. В дуплистых норах
                     Ее гнездятся птички, старый дом
                     И сад веселой песнью оглашая.
                     Пастор всю ночь не спал, да пред рассветом
                     Уж вышел спать на чистый воздух;
                     И дремлет он под липой в старых креслах,
                     И ветерок ему свежит лицо,
                     И белые взвевает волоса.

                             Но кто прекрасная подходит?
                          Как утро свежее, горит
                          И на него глаза наводит?
                          Очаровательно стоит?
                          Взгляните же, как мило будит
                          Ее лилейная рука,
                          Его касаяся слегка,
                          И возвратиться в мир наш нудит.
                          И вот в полглаэа он глядит,
                          И вот спросонья говорит:

                             - О дивный, дивный посетитель!
                          Ты навестил мою обитель!
                          Зачем же тайная тоска
                          Всю душу мне насквозь проходит,
                          И на седого старика