Сказка о царе Салтане

Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне лебеди

   Три девицы под окном
   Пряли поздно вечерком.

   "Кабы я была царица,-
   Говорит одна девица,-
   То на весь крещеный мир
   Приготовила б я пир".
   – "Кабы я была царица,-
   Говорит ее сестрица,-
   То на весь бы мир одна
   Наткала я полотна".
   – "Кабы я была царица,-
   Третья молвила сестрица,-
   Я б для батюшки-царя
   Родила богатыря".
   Только вымолвить успела,
   Дверь тихонько заскрыпела,
   И в светлицу входит царь,
   Стороны той государь.
   Во все время разговора
   Он стоял позадь забора;
   Речь последней по всему
   Полюбилася ему.
   "Здравствуй, красная девица,-
   Говорит он, – будь царица
   И роди богатыря
   Мне к исходу сентября.
   Вы ж, голубушки-сестрицы,
   Выбирайтесь из светлицы.
   Поезжайте вслед за мной,
   Вслед за мной и за сестрой:
   Будь одна из вас ткачиха,
   А другая повариха".
   В сени вышел царь-отец.
   Все пустились во дворец.
   Царь недолго собирался:
   В тот же вечер обвенчался.
   Царь Салтан за пир честной
   Сел с царицей молодой;
   А потом честные гости
   На кровать слоновой кости
   Положили молодых
   И оставили одних.
   В кухне злится повариха,
   Плачет у станка ткачиха -
   И завидуют оне
   Государевой жене.
   А царица молодая,
   Дела вдаль не отлагая,
   С первой ночи понесла.
   В те поры война была.
   Царь Салтан, с женой простяся,
   На добра коня садяся,
   Ей наказывал себя
   Поберечь, его любя.

   Между тем, как он далеко
   Бьется долго и жестоко,
   Наступает срок родин;
   Сына бог им дал в аршин,
   И царица над ребенком,
   Как орлица над орленком;
   Шлет с письмом она гонца,
   Чтоб обрадовать отца.
   А ткачиха с поварихой,
   С сватьей бабой Бабарихой
   Извести ее хотят,
   Перенять гонца велят;
   Сами шлют гонца другого
   Вот с чем от слова до слова:
   "Родила царица в ночь
   Не то сына, не то дочь;
   Не мышонка, не лягушку,
   А неведому зверюшку".
   Как услышал царь-отец,
   Что донес ему гонец,
   В гневе начал он чудесить
   И гонца хотел повесить;
   Но, смягчившись на сей раз,
   Дал гонцу такой приказ:
   "Ждать царева возвращенья
   Для законного решенья".
   Едет с грамотой гонец
   И приехал наконец.
   А ткачиха с поварихой
   С сватьей бабой Бабарихой
   Обобрать его велят;
   Допьяна гонца поят
   И в суму его пустую
   Суют грамоту другую -
   И привез гонец хмельной
   В тот же день приказ такой:
   "Царь велит своим боярам,
   Времени не тратя даром,
   И царицу и приплод
   Тайно бросить в бездну вод".
   Делать нечего: бояре,
   Потужив о государе
   И царице молодой,
   В спальню к ней пришли толпой.
   Объявили царску волю -
   Ей и сыну злую долю,
   Прочитали вслух указ
   И царицу в тот же час
   В бочку с сыном посадили,
   Засмолили, покатили
   И пустили в Окиян -
   Так велел-де царь Салтан.

   В синем небе звезды блещут,
   В синем море волны хлещут;
   Туча по небу идет,
   Бочка по морю плывет.
   Словно горькая вдовица,
   Плачет, бьется в ней царица;
   И растет ребенок там
   Не по дням, а по часам.
   День.прошел – царица вопит…
   А дитя волну торопит:
   "Ты, волна моя, волна?
   Ты гульлива и вольна;
   Плещешь ты, куда захочешь,
   Ты морские камни точишь,
   Топишь берег ты земли,
   Подымаешь корабли -
   Не губи ты нашу душу:
   Выплесни ты нас на сушу!"
   И послушалась волна:
   Тут же на берег она
   Бочку вынесла легонько
   И отхлынула тихонько.
   Мать с младенцем спасена;
   Землю чувствует она.
   Но из бочки кто их вынет?
   Бог неужто их покинет?
   Сын на ножки поднялся,
   В дно головкой уперся,
   Понатужился немножко:
   "Как бы здесь на двор окошко
   Нам проделать?"– молвил он,
   Вышиб дно и вышел вон.
   Мать и сын теперь на воле;
   Видят холм в широком поле;
   Море синее кругом,
   Дуб зеленый над холмом.
   Сын подумал: добрый ужин
   Был бы нам, однако, нужен.
   Ломит он у дуба сук
   И в тугой сгибает лук,
   Со креста снурок шелковый
   Натянул на лук дубовый,
   Тонку тросточку сломил,
   Стрелкой легкой завострил
   И пошел на край долины
   У моря искать дичины.
   К морю лишь подходит он,
   Вот и слышит будто стон…
   Видно, на море не тихо:
   Смотрит – видит дело лихо:
   Бьется лебедь средь зыбей,
   Коршун носится над ней;
   Та бедняжка так и плещет,
   Воду вкруг мутит и хлещет…
   Тот уж когти распустил,
   Клев кровавый навострил…
   Но как раз стрела запела -
   В шею коршуна задела -
   Коршун в море кровь пролил.
   Лук царевич опустил;
   Смотрит: коршун в море тонет
   И не птичьим криком стонет,

   Лебедь около плывет,
   Злого коршуна клюет,
   Гибель близкую торопит,
   Бьет крылом и в море топит -
   И царевичу потом
   Молвит русским языком:
   "Ты царевич, мой спаситель,
   Мой могучий избавитель,
   Не тужи, что за меня
   Есть не будешь ты три дня,
   Что стрела пропала в море;
   Это горе – все не горе.
   Отплачу тебе добром,
   Сослужу тебе потом:
   Ты не лебедь ведь избавил,
   Девицу в живых оставил;
   Ты не коршуна убил,
   Чародея подстрелил.
   Ввек тебя я не забуду:
   Ты найдешь меня повсюду,
   А теперь ты воротись,
   Не горюй и спать ложись".
   Улетела лебедь-птица,
   А царевич и царица,
   Целый день проведши так,
   Лечь решились натощак.
   Вот открыл царевич очи;
   Отрясая грезы ночи
   И дивясь, перед собой
   Видит город он большой,