Единая заповедь

                                        Бог есть любовь
                                        I посл. Иоанна IV, 16.Бога никто никогда не видел. Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершенна есть в нас.
                                        I посл. Иоанна IV, 12.
                                        Учитель! какая наибольшая заповедь в законе? Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душой твоей, и всем разумением твоим. Сия есть первая и наибольшая заповедь. Вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки.
                                        Мтф. XXII, 36—40.

I. Учение Евангелия содержит простую веру, а именно, веру в Бога и почитание Его, или, что то же самое, послушание Его закону. Весь же закон Его только в одном: любить ближнего. Спиноза. Христианская вера — вся в любви. Все мы знаем это. И знаем не только потому, что это написано в книге Евангелии, но потому, что это написано в душах наших. Скажи о любви какому хочешь человеку: русскому, немцу, китайцу, японцу, индусу, скажи это вору, разбойнику, палачу, нет того человека, который бы не согласился с тем, что лучше жить людям по любви, чем так, как они живут теперь. И мало того, что каждый знает, что лучше жить по любви, чем во вражде и ненависти, каждый знает и то, что можно так жить. Отчего же мы, христиане, не говорю уже про людей других вер, а мы, те самые христиане, которые, как все другие люди, знаем что хорошо и можно жить по любви, кроме того знаем это по Евангелию, а Евангелие мы считаем священной книгой, — отчего же мы, христиане, живем не по любви, а во вражде и ненависти? Отчего это? А оттого, что и в Евангелии и в душах наших дана нам одна единственная вера, вера в любовь, и одна единственная заповедь, заповедь любви, мы же, кроме веры в любовь, верим еще во многое другое и, кроме заповеди любви, считаем божескими заповедями еще много других заповедей, и потому в жизни своей следуем больше этим другим заповедям, а не той заповеди любви, которая дана нам в нашем сердце и в христианском учении.

II. С того часа, как первые члены соборов сказали: "Изволися нам и Святому Духу", т.е. вознесли внешний авторитет выше внутреннего, признали результат жалких человеческих рассуждений на соборах важнее и святее того единого и истинно святого, что есть в человеке: его разума и совести, с того часа началась та ложь, убаюкивающая души людей, которая погубила миллионы человеческих существ и продолжает до сей поры свое ужасное дело. Большинству людей мы оказываем слишком много чести, когда говорим про них, что они исповедуют ту или иную религию. Ибо они не знают и не ищут никакой религии, уставная церковная вера — вот все, что они подразумевают под этим словом. И так называемые религиозные войны, которые так часто потрясали мир и заливали его кровью, никогда не были ничем иным, как только препирательствами из-за церковной веры, и угнетенный жаловался, в сущности, не на то, что ему препятствовали принадлежать к его религии, ибо этого не может сделать никакая внешняя сила, а на то, что ему не позволяли следовать публично его церковной вере. Кант Хозяин показал рабочим работу и велел делать одну ее и обещал им за это добрую жизнь. Нашлись же между рабочими такие люди, что вздумали устроить себе добрую жизнь не одной работой, а тем, чтобы угодить хозяину и другими делами. И придумали эти люди много разных дел для угождения хозяину и стали делать эти дела, а показанное хозяином дело делали только когда вздумается, а то и вовсе не делали. Мало того, случилось еще и то, что нашлись и такие рабочие, которые, рассудив то, что хозяину не могут быть нужны все те пустые дела, которыми их учили угождать хозяину, усумнились в том, чтобы хозяину могло быть что-нибудь нужно от рабочих, и перестали делать и ту работу, которую велел хозяин. Нашлись и такие, что прямо решили, что нет никакого хозяина, и что можно жить и работать только для себя. И стала жизнь таких рабочих дурная, плохая. Вот это самое случилось и с людьми установившими, кроме веры в любовь, разные веры, которые они назвали божесткими: веру в Троицу, в божественность Христа, в искупление им грехов людей, в Божью матерь, в святых, чудотворцев и во многое другое, и разные заповеди, которые они тоже назвали божескими: заповеди о крещении, исповеди, причащении, браке, посещении церкви, соблюдении постов и многие другие, которыми они думают устроить себе добрую жизнь и угодить Богу. И случилось с людьми, установившими и признавшими эти веры и заповеди, то, что большинство таких людей только говорит, что верит в все эти многие веры и заповеди, в душе же не верит в них и наравне с ними не верит и в затерянную между ними заповедь любви, а из заповедей исполняют только те, какие полегче и за которые люди одобряют. Заповедь же любви признают на словах, на деле же и на каждом шагу делают дела, прямо противные ей: вместо того, чтобы по любви делиться друг с другом, одни, богатые, живут в роскоши среди голодных, измученных трудом бедных, бедные же ненавидят богатых и стараются делать им худое. Вместо того, чтобы любить и прощать братьев, люди мучают друг дружку, разоряют, ссылают, запирают, казнят, убивают сотнями и тысячами друг друга на войнах. Но мало того. Случилось то, что многие хорошие и умные люди, воспитавшись на том, что Богу можно угодить передаваемыми людьми друг от друга разными верами и заповедями, входя в разум, видят, что все это одни человеческие выдумки, перестают верить во все церковные веры и заповеди, а вместе с ними и в заповедь любви. Находятся еще и такие люди, и с каждым годом все больше и больше находится таких, которые не верят не только ни в какие божеские заповеди, но не верят и в самого Бога. Так что в наше время все больше и больше становится людей, которые ни во что не верят и не думают о том, и не знают зачем они явились на свет Божий и что им в нем делать. А живут, пока не умрут, и делают то, что хочется и взбредет в голову. От этого-то и плоха так жизнь людей нашего мира и с каждым годом, месяцем и днем становится все хуже и хуже. А плохая жизнь оттого, что живут люди противно той одной заповеди, какая записана не в одном Евангелии, а и во всех учениях всех мудрецов мира: и у Индусов, и у Китайцев, и у Египтян, и у Магометан, и др., но и в душах всех людей мира. Живут же люди противно той вере и заповеди, какая записана во всех учениях и в душах всех людей, от того, что вместо того, чтобы признавать эту одну заповедь и следовать ей одной, люди наравне с ней установили много других вер и заповедей и следуют больше этим другим заповедям, чем единой, всемирной заповеди любви.

III. Мудрец сказал: мое учение просто, и смысл его легко постигнуть. Оно все состоит в том, чтобы любить ближнего, как самого себя. Китайская мудрость. Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил его: какая первая из всех заповедей? Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый. И возлюбил Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостью твоей: вот первая заповедь. Вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. Иной большей сих заповеди нет. Мрк. XII, 28—31. "Но если и согласиться с тем, что есть только одна истинная вера, вера в любовь, и только одна нужная заповедь, заповедь любви, то в чем же будет состоять вера и какое же будет богослужение, какие молитвы, как общаться с Богом?" — спросят люди.